Первым наместником Богословского монастыря после его возвращения Церкви стал архимандрит Авель (Македонов). Отец Авель был известен и любим в православных кругах, его духовному руководству доверяли многие. И то, что обитель возрождалась его стараниями, ничем иным как милостью Божьей считать нельзя.
Будущий архимандрит Авель (в миру - Николай Николаевич Македонов) родился в 1927 году в большой крестьянской семье. «Семья была очень трудолюбивая, православная, с традициями», - вспоминал он. Первые годы своей жизни Коля Македонов провел в селе Никуличи под Рязанью. В 1942 году он окончил семилетнюю школу. Уже в ученические годы мальчик любил Церковь и богослужение, часто бывал в рязанском храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». В церкви он подружился с Борей Ротовым, впоследствии ставшим митрополитом Ленинградским и Новгородским Никодимом. Оба отрока помогали во время службы владыке Димитрию (Градусову), были его духовными чадами.
В 1943 году Николай Македонов потерял обоих родителей. «Мне было тогда шестнадцать лет, - рассказывал он. - А владыка Димитрий меня как будто усыновил... Шла война. Одно горе кругом. Того убили, этот без вести пропал. Смерть стучалась в каждый дом, и я не стал никого тревожить своей бедой. А у меня оставались два младших брата и две сестры, самому маленькому - три годика. Помню, как тогда, в храме, владыка взял меня за подбородок: "Ты чего же, ангел мой, не говоришь, что Господь твоего папочку-то взял?" У меня слезы так и покатились по лицу. А он: "Не плачь, ты радуйся. У кого Бог берет, тому Сам заменяет. Теперь тебе Бог и отец, и мать. Ты самый счастливый человек" Я и утешался этим». Он же, архиепископ Димитрий, совершил в 1945 году монашеский постриг Николая Македонова с именем Авель - в честь праведного Авеля. Несколькими месяцами ранее владыка уже рукоположил его во диакона целибатом.
В самом начале 1947 года архиепископ Димитрий рукоположил иеродиакона Авеля во иеромонаха, после чего он был назначен вторым священником к Георгиевской церкви в селе Городище.
Здесь отец Авель служил вплоть до февраля 1950 года, когда его перевели на служение в Ярославскую епархию. В 1953 году молодой иеромонах был возведен в сан игумена. Следующее десятилетие - с апреля 1960-го по февраль 1970 года - игумен Авель служил в родной Рязанской епархии. В 1965 году состоялось его возведение в сан архимандрита.
В 1970 году в «Журнале Московской Патриархии» (№4) появилась следующая краткая заметка: «Для несения иноческого послушания в Пантелеимоновом монастыре на Афон отбыли архимандрит Авель (Македонов) и иеромонах Виссарион (Великий-Остапенко)». Не следует обманываться будничностью этого сообщения - отъезд русских монахов на Афон стал поистине эпохальным событием. Ситуация вокруг Пантелеимонова монастыря была очень сложной, греческие власти противились русскому присутствию на Афоне, и к началу 1960-х годов самому молодому насельнику Свято-Пантелеимонова монастыря было уже более пятидесяти лет, а от некогда многочисленного братства осталось несколько человек. В 1959 году схиархимандрит Илиан (Сорокин) писал в Отдел внешних церковных сношений Московского Патриархата: «Наш монастырь пришел в полный упадок, и ему грозит полное запустение и переход в чужие руки этого древнего русского достояния...»
В 1971 году, после кончины схиархимандрита Илиана, архимандрит Авель был избран игуменом Пантелеимонова монастыря. На его интронизации в 1972 году присутствовали представители всех двадцати афонских монастырей.
Нести обязанности настоятеля Свято-Пантелеимонова монастыря отцу Авелю было не так-то просто. Литургия должна была совершаться каждый день, иначе местные власти тут же вмешались бы и передали бы монастырь грекам. А служить было фактически некому. «Дошло до того, - вспоминал архимандрит, - что я один три года служил бессменно, а служба там ранняя, ночью. Ночью нужно служить, а потом и вечером служба...» Осложнялась жизнь игумена и тем, что за ним постоянно следила греческая полиция, подозревая в нем советского шпиона. Всякий раз, когда он уезжал в Салоники, в его келье полицейскими производился обыск: искали рацию.
5 сентября 1978 года в Свято-Пантелеимоновом монастыре получили телеграмму, в которой сообщалось о смерти митрополита Никодима (Рогова), друга детства архимандрита Авеля. Молясь о том, чтобы ему была предоставлена возможность поехать в СССР на похороны владыки, отец Авель понимал, что вряд ли это получится (ужебывали случаи, когда греческие власти затягивали оформление документов и срывали отъезд). Однако произошло совершенно неожиданное: документы на выезд были готовы в «рекордный срок», и архимандрит Авель успел на отпевание. Чувствовал себя он в эту пору очень плохо (у него было больное сердце) и даже опасался, что «увижу гроб друга - не вынесу, сердце не выдержит». Пришлось после похорон митрополита Никодима лечь в больницу на обследование. Возвращение на Афон откладывалось. А потом и вовсе расстроилось. Отец Авель остался в России. И хотя первое время он не мог мысленно оторваться от Афона (даже сны ему снились такие: «Все я будто бы на Афоне, вижу свою келию, в которой старец Илиан благословил мне жить...»), однако смиренно доверился Господу, считая, что раз он теперь на родине, значит, так Богу угодно.
Архимандрит Авель вернулся в Рязанскую епархию, где его назначили почетным настоятелем кафедрального Борисоглебского собора и епархиальным духовником. А в 1989 году начался новый - последний - период его жизни. Он стал наместником Иоанно-Богословского монастыря, только что возвращенного Православной Церкви.
Вплоть до 2004 года, до своего ухода на покой, архимандрит неустанно трудился над возрождением древней обители и возобновлением полноценной иноческой жизни в ней. На пути этом было много скорбей, но много и радостей. «Я живу... и все утешаюсь, - говорил отец Авель. - Господь все больше и больше посылает утешение и угверждение, что у Бога ничего невозможного нет. Господь все может создать, все может вернуть».

Место последнего упокоения отца Авеля - в Серафимовской церкви, рядом с останками архимандритов Виталия, Тихона и Зосимы, преемником которых он стал
Последние годы жизни архимандрита Авеля были отмечены тяжелым недугом. Болезнь свою он переносил терпеливо и благодарно, до последнего принимая посетителей, утешая и поддерживая духовных чад. 6 декабря 2006 года архимандрит Авель (в схиме - Серафим) скончался.
Будущий архимандрит Авель (в миру - Николай Николаевич Македонов) родился в 1927 году в большой крестьянской семье. «Семья была очень трудолюбивая, православная, с традициями», - вспоминал он. Первые годы своей жизни Коля Македонов провел в селе Никуличи под Рязанью. В 1942 году он окончил семилетнюю школу. Уже в ученические годы мальчик любил Церковь и богослужение, часто бывал в рязанском храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». В церкви он подружился с Борей Ротовым, впоследствии ставшим митрополитом Ленинградским и Новгородским Никодимом. Оба отрока помогали во время службы владыке Димитрию (Градусову), были его духовными чадами.
Портрет владыки Димитрия (Градусова) по сей день висит в гостиной наместничьего дома Иоанно-Богословского монастыря
В 1943 году Николай Македонов потерял обоих родителей. «Мне было тогда шестнадцать лет, - рассказывал он. - А владыка Димитрий меня как будто усыновил... Шла война. Одно горе кругом. Того убили, этот без вести пропал. Смерть стучалась в каждый дом, и я не стал никого тревожить своей бедой. А у меня оставались два младших брата и две сестры, самому маленькому - три годика. Помню, как тогда, в храме, владыка взял меня за подбородок: "Ты чего же, ангел мой, не говоришь, что Господь твоего папочку-то взял?" У меня слезы так и покатились по лицу. А он: "Не плачь, ты радуйся. У кого Бог берет, тому Сам заменяет. Теперь тебе Бог и отец, и мать. Ты самый счастливый человек" Я и утешался этим». Он же, архиепископ Димитрий, совершил в 1945 году монашеский постриг Николая Македонова с именем Авель - в честь праведного Авеля. Несколькими месяцами ранее владыка уже рукоположил его во диакона целибатом.
В самом начале 1947 года архиепископ Димитрий рукоположил иеродиакона Авеля во иеромонаха, после чего он был назначен вторым священником к Георгиевской церкви в селе Городище.
Архимандрит Авель - игумен Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне
Здесь отец Авель служил вплоть до февраля 1950 года, когда его перевели на служение в Ярославскую епархию. В 1953 году молодой иеромонах был возведен в сан игумена. Следующее десятилетие - с апреля 1960-го по февраль 1970 года - игумен Авель служил в родной Рязанской епархии. В 1965 году состоялось его возведение в сан архимандрита.
В 1970 году в «Журнале Московской Патриархии» (№4) появилась следующая краткая заметка: «Для несения иноческого послушания в Пантелеимоновом монастыре на Афон отбыли архимандрит Авель (Македонов) и иеромонах Виссарион (Великий-Остапенко)». Не следует обманываться будничностью этого сообщения - отъезд русских монахов на Афон стал поистине эпохальным событием. Ситуация вокруг Пантелеимонова монастыря была очень сложной, греческие власти противились русскому присутствию на Афоне, и к началу 1960-х годов самому молодому насельнику Свято-Пантелеимонова монастыря было уже более пятидесяти лет, а от некогда многочисленного братства осталось несколько человек. В 1959 году схиархимандрит Илиан (Сорокин) писал в Отдел внешних церковных сношений Московского Патриархата: «Наш монастырь пришел в полный упадок, и ему грозит полное запустение и переход в чужие руки этого древнего русского достояния...»
В 1971 году, после кончины схиархимандрита Илиана, архимандрит Авель был избран игуменом Пантелеимонова монастыря. На его интронизации в 1972 году присутствовали представители всех двадцати афонских монастырей.
С 1989 года архимандрит Авель был наместником Иоанно-Богословского монастыря
Нести обязанности настоятеля Свято-Пантелеимонова монастыря отцу Авелю было не так-то просто. Литургия должна была совершаться каждый день, иначе местные власти тут же вмешались бы и передали бы монастырь грекам. А служить было фактически некому. «Дошло до того, - вспоминал архимандрит, - что я один три года служил бессменно, а служба там ранняя, ночью. Ночью нужно служить, а потом и вечером служба...» Осложнялась жизнь игумена и тем, что за ним постоянно следила греческая полиция, подозревая в нем советского шпиона. Всякий раз, когда он уезжал в Салоники, в его келье полицейскими производился обыск: искали рацию.
5 сентября 1978 года в Свято-Пантелеимоновом монастыре получили телеграмму, в которой сообщалось о смерти митрополита Никодима (Рогова), друга детства архимандрита Авеля. Молясь о том, чтобы ему была предоставлена возможность поехать в СССР на похороны владыки, отец Авель понимал, что вряд ли это получится (ужебывали случаи, когда греческие власти затягивали оформление документов и срывали отъезд). Однако произошло совершенно неожиданное: документы на выезд были готовы в «рекордный срок», и архимандрит Авель успел на отпевание. Чувствовал себя он в эту пору очень плохо (у него было больное сердце) и даже опасался, что «увижу гроб друга - не вынесу, сердце не выдержит». Пришлось после похорон митрополита Никодима лечь в больницу на обследование. Возвращение на Афон откладывалось. А потом и вовсе расстроилось. Отец Авель остался в России. И хотя первое время он не мог мысленно оторваться от Афона (даже сны ему снились такие: «Все я будто бы на Афоне, вижу свою келию, в которой старец Илиан благословил мне жить...»), однако смиренно доверился Господу, считая, что раз он теперь на родине, значит, так Богу угодно.
Келия, в которой скончался отец Авель
Архимандрит Авель вернулся в Рязанскую епархию, где его назначили почетным настоятелем кафедрального Борисоглебского собора и епархиальным духовником. А в 1989 году начался новый - последний - период его жизни. Он стал наместником Иоанно-Богословского монастыря, только что возвращенного Православной Церкви.
Вплоть до 2004 года, до своего ухода на покой, архимандрит неустанно трудился над возрождением древней обители и возобновлением полноценной иноческой жизни в ней. На пути этом было много скорбей, но много и радостей. «Я живу... и все утешаюсь, - говорил отец Авель. - Господь все больше и больше посылает утешение и угверждение, что у Бога ничего невозможного нет. Господь все может создать, все может вернуть».

Место последнего упокоения отца Авеля - в Серафимовской церкви, рядом с останками архимандритов Виталия, Тихона и Зосимы, преемником которых он стал
Последние годы жизни архимандрита Авеля были отмечены тяжелым недугом. Болезнь свою он переносил терпеливо и благодарно, до последнего принимая посетителей, утешая и поддерживая духовных чад. 6 декабря 2006 года архимандрит Авель (в схиме - Серафим) скончался.









Отец Авель
О проекте «Монастыри России»






